Эксперт: «Если предприятие хочет преференций, оно должно локализоваться»

Фото: пресс-служба Министерства промышленности и торговли РФ

Роботизация — важная задача, но для промышленности это не самоцель, а один из способов повысить эффективность и конкурентоспособность предприятий. До достижения целевого показателя — вхождения в 25 самых роботизированных экономик мира — есть три с половиной года, и за это время надо трудоустроить еще 80 тыс. роботов, а также радикально пересмотреть программы профессиональной подготовки, удовлетворив спрос на инженеров, разработчиков робототехнических комплексов, конструкторов и операторов автоматизированных систем.

 — Тема этого номера «Эксперта» — роботизация. Перед промышленностью президентом поставлена цель: войти в число 25 экономик мира по плотности роботизации. На каком месте мы сейчас относительно Китая, США, Южной Кореи, Японии, стран ЕС и сколько осталось идти до заявленной цели?

 — Плотность роботизации в 2025 году осталась неизменной и составила 29 промышленных роботов на 10 тыс. сотрудников обрабатывающей промышленности. Данные по месту России в мире мы получим позднее, ориентировочно в сентябре-октябре, когда Международная федерация робототехники опубликует отчет за прошлый год.

Для достижения показателя 145 роботов на 10 тыс. работников необходимо внедрить более 80 тыс. промышленных роботов. Их российский парк при таком сценарии составит порядка 100 тыс.

Что касается плотности роботизации и количества внедренных роботов в разрезе федеральных округов и регионов страны, ситуация на текущий момент следующая. Наибольшее количество роботов по итогам 2025 года установлено в Центральном федеральном округе — 7393, за ним — Приволжский федеральный округ с показателем 6375 единиц, следом — Северо-Западный федеральный округ, в котором внедрено 3998 роботов.

По уровню плотности роботизации Северо-Западный федеральный округ лидирует — она здесь достигла 47 роботов на 10 тыс. сотрудников. Приволжский, Центральный и Северо-Кавказский округа уступают — в них плотность составила 34, 31 и 23 робота на 10 тыс. работников соответственно. Везде разная динамика, во многом это обусловлено региональными особенностями промышленности, где-то — недостатком финансирования, отсутствием или наличием региональных мер поддержки и так далее.

— Роботизация — это же не самоцель. Как достижение целевого показателя по внедрению роботов повысит производительность труда в стране?

 — В целом за счет применения современных технологий автоматизации, роботизации и цифровизации производства сокращение требуемого количества рабочих мест может составить до 10%. При этом с учетом текущего состояния рынка труда, демографии и создания новых рабочих мест в рамках инвестиционных программ за 2026–2032 годы замещающая кадровая потребность составит 1,7 млн человек, из которых 185,9 тыс. — это чистый прирост общей потребности к 2032 году относительно 2025 года.

В 2026–2028 годах в развитие роботизации российской промышленности планируется вложить более 40 млрд руб. Объем производства отечественных промышленных роботов в 2025 году составил 414 единиц на общую сумму 2,33 млрд руб. Для сравнения: в 2024-м — 11 единиц на 60 млн руб.

Мы видим рост интереса к внедрению промроботов.

В прошлом году их было внедрено не менее 2,2 тыс. единиц. Компании уже оценили их эффективность.

В частности, на производственной площадке ПАО ЧКПЗ установлено порядка 290 промышленных роботов, что хочу отдельно подчеркнуть — отечественных. Один робот высвобождает двух-трех человек, при этом люди переквалифицируются в операторов роботизированных комплексов либо находят себя в других подразделениях. Рост производительности труда от внедрения роботов при этом фиксируется на уровне 15%. На птицефабрике «Чамзинская» (Мордовия) внедрение роботизированной упаковочной линии позволило увеличить производительность на 30% и автоматизировать ряд ручных операций. На предприятии АО АВК (Москва) роботизированная система окраски металлоконструкций увеличила выработку в полтора раза. На складах группы компаний «Восток-Сервис» использование отечественных логистических роботов обеспечило четырехкратный рост производительности на участке комплектации заказов.

 — Что в контексте роботизации для вас главный KPI: количество роботов, рост производительности или снижение себестоимости продукции?

 — Главным KPI я бы назвал не количество роботов как таковое, а повышение эффективности предприятий. Это и рост производительности труда, и улучшение качественных характеристик продукции, и сокращение производственных издержек, и решение кадровых вопросов, позволяющее перенаправить людей с тяжелой и монотонной работы на содержательные управленческие и интеллектуальные задачи.

Роботизация выходит за рамки точечных технологических внедрений. В ее основе лежит формирование нового поколения производственных систем, основанных на автоматизации и интеллектуальном управлении процессами. В ключевых секторах промышленности, от металлургии до машиностроения, формируются высокоавтономные производственные системы, где роль человека постепенно смещается к проектированию, настройке и контролю процессов.

Рост спроса на инженеров, разработчиков робототехнических комплексов, конструкторов и операторов автоматизированных систем становится устойчивым трендом, сигнализирующим о качественных сдвигах в структуре промышленной занятости.

«За первый год реализации наших механизмов удалось на федеральном уровне наработать каркас программы роботизации. Теперь пришло время нарастить усилия на региональном уровне».

— Представители промышленных компаний регулярно говорят о физическом износе и моральном устаревании оборудования на предприятиях страны. Насколько серьезна эта проблема на самом деле, действительно ли производственные мощности критически изношены?

 — Многие компании в последние годы активно инвестировали в модернизацию и запуск новых производственных мощностей. Но запрос на технологическое обновление действительно высокий. Только в прошлом году технико-технологический аудит на предмет роботизации и автоматизации прошли 120 предприятий в 45 регионах страны. Речь идет о самых разных отраслях: от металлообработки и машиностроения до пищевой промышленности.

Нужно не просто заменить старый станок на новый. Конкурентоспособность современного производства определяется уровнем автоматизации и интеграции технологических процессов. Именно поэтому меры поддержки в рамках национального проекта «Средства производства и автоматизации» направлены на внедрение роботизированных и автоматизированных систем, которые позволяют предприятиям повысить свою производительность.

 — На техническое перевооружение предприятий нужны средства. Какие меры поддержки может использовать промышленность для модернизации?

 — В целом по станкостроению и робототехнике мы запустили почти два десятка мер поддержки. Из общеотраслевых мер — наша базовая субсидия на НИОКР по современным технологиям для реализации организациями инновационных проектов. Она позволяет компенсировать до 70% от фактически понесенных затрат на НИОКР. Сейчас в рамках этого механизма ведутся разработки робототехнических комплексов различной операционной направленности: от слесарных работ до литья и паллетирования.

Действует промышленный кешбэк — мы компенсируем до 20% затрат на внедрение и оснастку роботов. Производство же российского оборудования стимулируем с помощью нашей скидки — отечественные производители могут реализовать своих роботов со скидкой 50% для покупателя, а недополученные доходы компенсируем мы. С одной стороны, это стимул для предприятий включаться в наш реестр, с другой стороны — мотивация для потребителей покупать российское.

Поддержкой инновационных проектов занимается Фонд содействия инновациям (ФСИ). Программы ФСИ «Старт», «Развитие» и «Коммерциализация» предназначены как раз для финансовой поддержки инновационных проектов и предполагают предоставление грантов малым предприятиям в размере от 5 млн до 50 млн руб. на срок до 18 месяцев.

За первый год реализации наших механизмов удалось на федеральном уровне наработать каркас программы роботизации. Теперь пришло время нарастить усилия на региональном уровне. Сегодня развитие региональных программ роботизации для нас особый приоритет. Все они нацелены не на номинальное закрытие KPI, а на комплексную роботизацию и автоматизацию наших предприятий.

Для этого мы включили показатели плотности роботизации (и количества созданных в регионе спутников) в приказ Минпромторга по оценке эффективности региональных органов исполнительной власти. Это еще раз подчеркивает важность роботизации не только на федеральном уровне, но и на уровне отдельно взятых регионов.

Из критических позиций по станкам, над которыми мы сейчас работаем, — пятиосевые обрабатывающие центры, шлифовальные и зубообрабатывающие станки. А также ряд важнейших компонентов, таких как шпиндели (фрезерные, токарные, шлифовальные и расточные), системы линейного перемещения, инструментальные головки, станины, приводы движения и ЧПУ.

— Бессмысленно пытаться догнать и перегнать страны Юго-Восточной Азии в производстве несложной техники. Очевидно, путь развития российской промышленности — в производстве высокотехнологичной уникальной продукции с высокой добавленной стоимостью. Соответствует ли такая стратегия тренду на суверенизацию производства и попытку полностью обеспечить рынок товарами собственного производства?

 — Эта стратегия полностью соответствует курсу на технологический суверенитет. Под технологическим суверенитетом мы понимаем способность страны воспроизводить критически важные технологии. До 2022 года мы зачастую брали готовые технологии без права на их воспроизводство. Теперь каждый новый проект предполагает обязательный трансфер технологий и локализацию полного цикла. По направлениям, где собственное производство требует длительного времени, мы работаем с партнерами, но с обязательным условием: мы не просто покупаем, а локализуем.

Сегодня Минпромторгом сформирована целая экосистема мер поддержки, которая охватывает создание технологий, запуск производств и стимулирование спроса на новую продукцию. Главный инструмент — СПИК 2.0. В отличие от первой версии, где считали в основном объем инвестиций, сейчас решающее значение имеют обязательства по локализации именно технологий, а не просто сварки и окраски. Если предприятие хочет получить преференции, оно должно локализоваться по-настоящему. Баллы начисляются за конкретные производственные операции, за использование отечественных компонентов. Те компании, которые набирают необходимое количество баллов, получают доступ к госзакупкам, субсидиям, льготному лизингу.

Отдельное направление, которое динамично развивается, — это кооперация с Беларусью. Совместно развиваем производство карьерной техники на базе завода БелАЗ, сельхозмашин с АМКОДОР, а по оборудованию для микроэлектроники работаем с «Планаром». Там идет именно обмен технологиями, а не простая «отверточная» сборка.

Так что ответ на ваш вопрос: да, мы рассчитываем в первую очередь на собственные силы. Мы ставим на собственное производство, но с умным использованием партнерского потенциала на условиях полного трансфера технологий и создания собственных компетенций.

— Автопром — один из индикаторов общественного восприятия состояния промышленности. Сейчас бóльшая часть предприятий собирает из машинокомплектов адаптированные к нашему рынку версии китайских автомобилей. Как будет продвигаться локализация этих производств, когда заработают российские предприятия по выпуску комплектующих для этих машин?

 — На самом деле, в настолько упрощенном виде говорить про сборку адаптированных к нашему рынку автомобилей из китайских машинокомплектов можно было на рубеже 2022–2023 годов. То есть на самых-самых первых этапах перезапуска площадок, которые оказались брошенными нашими прежними зарубежными партнерами. Сейчас наравне с традиционными игроками отрасли у нас стабильно работают уже более 80% этих заводов. Крупноузловая сборка была лишь первым шагом и позволяла максимально оперативно реанимировать эти мощности, сохранить рабочие места, сохранить разнообразие для покупателей, не допустив при этом кратного взвинчивания цен.

Сейчас на этих площадках выпускается около трети от общего объема производства автомобилей в России. Причем как раз-таки подавляющая часть новых моделей собирается по полному циклу, включая сварку и окраску. В этом плане новые инвесторы уже давно не ориентируются лишь на «отверточную» сборку. Все поставленные на конвейер новые модели автомобилей — которые, кстати, существенно расширили предложение для наших потребителей — выпускаются в рамках специнвестконтрактов с четкими обязательствами по углублению локализации. И мы внимательно следим за выполнением этих обязательств.

Одна из наших важнейших задач — максимально обеспечить все наши автозаводы отечественной компонентной базой. На это работает целый комплекс мер господдержки, в том числе субсидирование НИОКР, гранты на реинжиниринг. Самой емкой остается специализированная программа ФРП «Автокомпоненты» (ФРП — Фонд развития промышленности, координируется ВЭБ.РФ по поручению Минпромторга России. — «Эксперт»). Она набрала хороший темп — недавно количество поддержанных проектов превысило 100. Они получили льготное заемное финансирование в объеме более 126 млрд руб. Вместе с собственными вложениями предприятий это около 300 млрд руб. инвестиций, привлеченных в отрасль.

Результат: почти половина из перечня критических комплектующих, которые мы определили для себя в 2022 году, уже закрыты отечественным производством. Фактически нам удалось возродить подотрасль автокомпонентов и гарантировать стабильность их поставок нашим автопроизводителям.

Чтобы стимулировать автопроизводителей к использованию отечественной компонентной базы, регулярно донастраиваем механизм балльной оценки в постановлении №719. Есть свои требования к автопроизводителям, мы повышаем их из года в год. И соответствующим образом поддерживаем те предприятия, которые набирают необходимое количество таких баллов и четко выполняют обязательства по локализации.

 — Как за четыре года изменилось соотношение импортных и отечественных медицинских препаратов в рознице и в госзакупках? И как вы оцениваете потенциал экспорта российскими фармкомпаниями оригинальных препаратов собственной разработки?

 — Подавляющее большинство иностранных компаний продолжают осуществлять свою деятельность на территории Российской Федерации, сохраняя свои продуктовые портфели лекарственных препаратов.

С 2022 года общий объем фармацевтического рынка вырос более чем на 38% и превысил 3 трлн руб. Причем доля отечественных лекарственных средств за этот период в стоимостном выражении в общем объеме рынка выросла почти на 10% и по итогам 2025 года составила 45,9% в стоимостном выражении и 64,2% — в натуральном.

На рынке госзакупок эта тенденция также сохраняется: их объем в стоимостном выражении составил 1112 млрд руб., увеличившись на 33% по сравнению с 2022 годом. При этом доля отечественных лекарственных средств составила 86,3% в натуральном выражении.

Отрасль продолжает реализовывать переход от экстенсивной к инновационной модели развития. Так, например, АО «Генериум» в 2025 году зарегистрировало оригинальный препарат «Клотилия», который обладает принципиально новым механизмом действия с преодолением гематоэнцефалического барьера, что дает возможность воздействовать на патологические процессы в центральной нервной системе для предупреждения нейрокогнитивной дегенерации. Лекарственный препарат производится в России по полному циклу.

В ноябре 2025 года компания также получила регистрационное удостоверение на первый в мире биоаналог лекарственного препарата для терапии мукополисахаридоза VI типа (синдром Марото–Лами) — наследственного заболевания, приводящего к сердечно-сосудистой и дыхательной недостаточности. По этому препарату также обеспечена технологическая возможность производства по полному циклу.

Другая отечественная компания, «Р-Фарм», разработала и вывела на рынок оригинальный лекарственный препарат, который стал первым в классе и единственным в России средством для терапии орфанного заболевания — идиопатического рецидивирующего перикардита. Препарат включен в перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных препаратов с 2026 года. Его разработка велась в том числе при поддержке Минпромторга России. Препарат обладает широким экспортным потенциалом и уже находится под патентной защитой в 59 странах мира, а также стал первым отечественным препаратом, получившим статус орфанного в Саудовской Аравии, и вошел в клиническое руководство Американской коллегии кардиологов по перикардитам.

«До 2022 года мы зачастую брали готовые технологии без права на их воспроизводство. Теперь каждый новый проект предполагает обязательный трансфер технологий и локализацию полного цикла».

В октябре 2025 года компания «Нанолек» организовала производство по полному циклу первой в России отечественной вакцины для профилактики вируса папилломы человека. Ее полномасштабный выпуск открывает перспективы расширения национального календаря профилактических прививок.

Также мы занимаемся низкомаржинальным и социально значимым лекарственным препаратом. В прошлом году подведомственный Минпромторгу России «Эндофарм» начал выпускать лекарственный препарат, снижающий токсичность химиотерапевтического лечения у детей и взрослых, заменивший собой продукцию ушедшей из России компании Baxter. Таким образом, сегодня оригинальные российские лекарственные препараты экспортируются в страны ЕАЭС, СНГ, Ближнего Востока, Азии, Латинской Америки и Африки.

Источник: https://expert.ru/intervyu/esli-predpriyatie-khochet-preferentsiy-ono-dolzhno-lokalizovatsya

Все новости о нацпроекте «Средства производства и автоматизации» можно прочитать в нашем тг-канале: https://t.me/sredstva_proizvodstva

И в нашей группе во ВКонтакте: https://vk.com/fgup_crp